Бой под крутами 1918. Обсуждение:Бой под Крутами. Установленные исторические факты

Январь – значимый месяц для украинских националистов. 1 января они день рождения Бандеры отмечают, а 29-го – «героев Крут» поминают.

Орали и будут орать лозунги: «Героям Крут — слава, слава, слава!», «Бандера придет — порядок наведет!», «Слава нации — смерть врагам!».

Да если бы одни только отмороженные националисты «героев Крут» славили. Еще Виктор Янукович в своем обращении к украинцам как-то заявил: «Сегодня мы чтим подвиг украинских юношей, погибших, защищая свое государство. Отвага и самопожертвование нескольких сотен военных курсантов, студентов, гимназистов стали настоящим примером для последующих поколений борцов за независимость».

Возникает вопрос – что же такое «славное» произошло 16 (29) января 1918 года на железнодорожной станции около села Круты на 130-м километре в северо-восточном направлении от Киева? Что там за «герои» были?

А там наступающие отряды красных порвали как Шарик тряпку отряд УНР (Украинской Народной Республики), националистического государственного образования.

Боем в полном смысле произошедшее под Крутами назвать было бы очень сложно. «Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд из студентов и гимназистов старших классов и бросили их - буквально на убой - навстречу прекрасно вооруженным и многочисленным силам большевиков.

Несчастную молодежь довезли до станции Круты и высадили здесь на «позиции». В то время, когда юноши (в большинстве никогда не державшие в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах; большевики без труда разбили отряд молодежи и погнали его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих…» — вспоминал председатель генерального секретариата Центральной Рады УНР Дмитрий Дорошенко.

Весь этот цирк на крови многие современные деятели Украины с неподражаемой серьезностью сравнивают… с боем трехсот спартанцев в Фермопилах. Вот так, ни больше, ни меньше.

Политическая партия «Русь» (Украина) заявляла в свое время по этому поводу: «Этот праздник, как и многие другие праздники «укранствующих» не несет положительной и объединяющей идеи для населения Украины. Делается акцент на жертвенной гибели молодых ребят, но умалчивается о том, что офицеры, которые должны были вместе с бойцами стоять насмерть, подло убежали с поля боя. Мы скорбим о погибших, но помним о тех, кто необдуманно, ради своих политических интересов бросил неподготовленных юношей на штыки и пули многократно превосходящих сил большевиков. Эпизод с Крутами используется украинскими национал-патриотами для разжигания антирусской истерии. Хотя сам бой происходил между войсками РСФСР и УНР, и большевики не представляли тогда интересы России. На то время на территории Российской империи шла гражданская война, существовало несколько правительств, претендующих на верховную власть. УНР также не представляла интересов украинского населения, поскольку не была всенародно избранна. Говорить об этническом характере конфликта в этом случае - преступно. Бой под Крутами - это локальный конфликт между двумя политическими образованиями и пример подлости украинских властей того времени, превративших свою тактическую военную ошибку в антирусский миф».

Очень уж неудачно выбрано событие для мифологизации. Могли бы украинские националисты поднатужиться и придумать юбилей менее смешного боя. Кому тут «слава»? Офицерам, пьянствовавшим в поезде, пока их неопытных подчиненных красные били, и затем бросившим свой личный состав в беде? Это не слава, это позорище.

В военной истории «самостийщики» далеко не всегда выглядели таким сборищем вооруженных клоунов, как это было под Крутами. Но еще большими клоунами выглядят те, кто славит сейчас героев этого позорного «драпа».

В этот день в 1918 году на железнодорожной станции Круты в Черниговской области 300 киевских студентов, защищая подступы к Киеву, вступили в неравный бой с шеститысячной ордой большевиков под командованием Михаила Муравьева, которая в числе других вела наступление на Украинскую народную республику. Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд добровольцев из студентов и гимназистов старших классов, и бросили их навстречу прекрасно вооруженным и многочисленным силам большевиков. Студенческий курень, сформированный из учащихся Киевского университета Св. Владимира, Украинского народного университета и Кирилло-Мефодиевской гимназии, был прислан Центральной Радой УНР на подмогу бахмачскому гарнизону, состоявшему из курсантов юнкерской школы.

Утром 29 января большевистские соединения начали наступление. Молодежь довезли до станции Круты и высадили здесь на «позиции». В то время, когда юноши (в большинстве никогда не державшие в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах. Бой продолжался 8 часов. Красные понесли значительный урон, но вовремя они получили подкрепление в виде матросов Петроградского полка, а с черниговской ветки в тыл защитникам станции зашёл вражеский бронепоезд. Украинские войска отбили несколько атак большевиков, но вынуждены были отступить, предварительно разобрав железнодорожные пути. Большевикам удалось разбить отряд молодежи и погнать его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих… Путь на Киев был теперь совершенно открыт.

У украинцев заканчивался боезапас, а из тыла пришли тревожные вести: курень в Нежине перешёл на сторону большевиков. Гончаренко отдал приказ об отводе студенческих сотен к эшелону, который находился на киевской ветке. Под прикрытием сумерек, а также пользуясь нерешительностью красноармейцев, потерявших большое количество своих солдат, студенты эшелоном смогли отойти на безопасное расстояние уже под обстрелов опомнившихся красных.

В спешке отхода был взят в плен один студенческий взвод в количестве 30 человек. В состоянии аффекта победителя, красноармейцы сразу же расстреляли офицера, оказавшегося в числе пленных. Над 27 ребятами сперва жестоко издевались. а затем расстреляли разрывными пулями. Один из приговорённых, семиклассник-галичанин Пипский перед расстрелом запел гимн Украины...

Точное количество погибших студентов официально нигде не зафиксировано. По показаниям участников событий, были убиты более 250 человек с украинской стороны. Известны имена только тех 27 студентов, которых взяли в плен и расстреляли. Их тела позже были торжественно перезахоронены на Аскольдовой могиле в Киеве.

Во времена СССР события под Крутами или замалчивались, или обрастали мифами и догадками. Правда, украинский советский поэт Павел Тычина посвятил героическому поступку студентов стихотворение "Памяти тридцати".


К 80-летию событий под Крутами Нацбанк Украины выпустил юбилейную монету достоинством в одну гривню. А в 2006 году на станции Круты открыли Мемориал памяти героев Крут. Автор мемориала Анатолий Гайдамака представил памятник как насыпанный холм высотой семь, на котором установлена 10-метровая красная колонна - копия колонн фасада Красного корпуса Киевского национального университета им.Т.Шевченко, откуда было большинство увековеченных студентов-героев. Также мемориальный комплекс включает в себя часовню. Вблизи памятника выкопано озерцо в форме креста.

Бой под Крутами

Возле Крут, Украина

Наступление РСФСР на территорию УНР.

Тактическая победа РСФСР, поражение УНР

Противники

Командующие

Аверкий Гончаренко

Михаил Муравьёв

Силы сторон

Армия УНР:
300 человек

Красная гвардия:
6000 человек

Военные потери

127-146 человек

Бой под Крутами (укр. Бій під Крутами) - вооружённое столкновение 16 (29) января 1918 года на железнодорожной станции около села Круты на 130-м километре в северо-восточном направлении от Киева. Вооружённое столкновение произошло между отрядом РСФСР Михайла Муравьёва и отрядом УНР, посланными навстречу наступавшим для защиты подступов к Киеву.

Ход событий

Достоверного описания события происходившего 29 января 1918 года не имеется. Версии сторон, как и самих участников событий противоречивы. По информации историка Валерия Солдатенко утром 16 января (29-по новому стилю) отряд балтийских матросов под командованием Ремнева (по некоторым данным, до двух тысяч) (по информации участника событий С. А. Моисеева это были не матросы а Московский и Тверской красногвардейские отряды) неожиданно попал под огонь юнкеров и студентов поддержанных артиллерийским огнем одного (по другим версиям двух орудий). Через некоторое время часть оборонявшихся отступила, а продвижение наступавших было остановлено предварительно разобранными железно-дорожными путями. В связи с начавшейся сильной метелью часть отступавших (по другой информации разведывательный отряд оборонявшихся вернувшийся на станцию не зная того что она была оставлена) была захвачена и расстреляна. Имеется информация и о восьми раненных оборонявшихся отправленных в Харьков, где ими никто не заинтересовался, и они исчезли из госпиталей, куда их устроили на лечение. По информации военного историка Ярослава Тинченко со стороны УНР в бою участвовали 420 человек: 250 офицеров и юнкеров 1-й Украинской военной школы, 118 студентов и гимназистов из 1-й сотни Студенческого куреня, около 50 местных вольных казаков - офицеров и добровольцев. 29 января 1918 года погибло лишь несколько человек, все остальные, унося тела товарищей, отступили к эшелонам и уехали в Киев. И лишь один взвод из студенческой сотни в составе 34 человек по собственной оплошности попал в плен. Шестеро из них были ранены, один оказался сыном машиниста, мобилизованного наступавшими. Всех посадили в поезд и отправили в Харьков (впоследствии они будут освобождены из плена). 27 оставшихся на станции были расстреляны.

Потери сторон

Что касается количества погибших с оборонявшейся стороны, то, кроме мифических «трёхсот спартанцев» Грушевского, назывались разные цифры. Так, Дорошенко приводит поимённый список погибших 11 студентов, хотя и говорит, что несколько их погибли раньше, кроме того, были расстреляны 27 пленных - как месть за гибель 300 красноармейцев. В 1958 г. в Мюнхене и Нью-Йорке в издательстве «Шлях молоді» были напечатаны результаты 40-летнего исследования С. Збаражского «Крути. У 40-річчя великого чину 29 січня 1918 - 29 січня 1956». В списке пофамильно названы 18 человек. которые похоронены в Киеве на Аскольдовой могиле. Хотя в Киев отступающие войска УНР привезли 27 убитых в том бою.

Потери нападавших носят различные оценки, но документальных источников подтверждающих какую-либо из версий исследователями не найдено.

Оценки современников

Вот какую оценку дает этим событиям политическая партия «Русь» (Украина):

Позиции относительно празднования 29 января так называемого «Боя возле станции Круты» . Этот праздник, как и многие другие праздники «укранствующих» не несёт положительной и объединяющей идеи для населения Украины. Делается акцент на жертвенной гибели молодых ребят, но умалчивается о том, что офицеры, которые должны были вместе с бойцами стоять насмерть, подло убежали с поля боя. Мы скорбим о погибших, но помним о тех, кто не обдумано, ради своих политических интересов бросил неподготовленных юношей на штыки и пули многократно превосходящих сил большевиков. Эпизод с Крутами используется украинскими национал-патриотами для разжигания антирусской истерии. Хотя сам бой происходил между войсками РСФСР и УНР и большевики не представляли тогда интересы России. На то время на территории Российской империи шла гражданская война, существовало несколько правительств, претендующих на верховную власть. УНР также не представляла интересов украинского населения, поскольку не была всенародно избранна. Говорить об этническом характере конфликта в этом случае — преступно. Бой под Крутами — это локальный конфликт между двумя политическими образованиями и пример подлости украинских властей того времени, превративших свою тактическую военную ошибку в антирусский миф.

Вот как описывает эти события бывший председатель генерального секретариата Центральной Рады УНР Дмитрий Дорошенко:

«Когда со стороны Бахмача и Чернигова двинулись на Киев большевистские эшелоны, правительство не могло послать для отпора ни единой воинской части. Тогда собрали наскоро отряд из студентов и гимназистов старших классов и бросили их - буквально на убой - навстречу прекрасно вооруженным и многочисленным силам большевиков. Несчастную молодежь довезли до станции Круты и высадили здесь на „позиции“. В то время, когда юноши (в большинстве никогда не державшие в руках ружья) бесстрашно выступили против надвигавшихся большевистских отрядов, начальство их, группа офицеров, осталась в поезде и устроила здесь попойку в вагонах; большевики без труда разбили отряд молодежи и погнали его к станции. Увидев опасность, находившиеся в поезде поспешили дать сигнал к отъезду, не оставшись ни минуты, чтобы захватить с собой бегущих… Путь на Киев был теперь совершенно открыт» (Дорошенко, «Война и революция на Украине»).

Современная оценка

По мнению доктора исторических наук Валерия Солдатенко - оценивающего события происходящие на Украине с 2005 года.

Битва под Крутами занимает особое место в современной украинской политической мифологии. В этом нет ничего удивительного по сравнению с большинством других стран мира Украина является политическим младенцем, государством с очень непродолжительной суверенной . В этой истории практически не было побед и достижений, в основном одни проблемы и потери. Поэтому так важно для Украины создавать и раскручивать политические мифы. Очень непродолжительное время, которое между фактическим распадом России в 1917 году и ее восстановлением большевиками, отдельным территориям современной Украины удалось просуществовать в виде независимого государства, является теперь едва ли не наиболее «распиаренной» страницей в истории страны. Поскольку кто только не побеждал защитников «самостийности», даже трагедии и поражения используются украинскими властями в интересах формирования и укрепления национального мифа. Киев бессовестно эксплуатирует трагические страницы истории, чтобы в очередной раз иллюстрировать, сколь кровожадна Россия и какие беды она несла «украинской государственности».


Битва под Крутами произошла 16 (29) января 1918 года, ровно сто лет назад. В современной Украине годовщина битвы ежегодно отмечается как день памяти защитников самостийного государства. Между тем, кто и от кого защищал тогда Украину, вопрос спорный. После того, как в Петрограде в 1917 году произошла Февральская революция, в ряде регионов бывшей империи активизировались националистические силы. Не стали исключением и малороссийские губернии.

Карту «политического украинства» с конца XIX века разыгрывала Австро-Венгрия, смертельно боявшаяся роста русского влияния на славянские народы Восточной Европы. В начале ХХ века к ней присоединилась и Германия, также имевшая свои интересы – политические и экономические – в поддержке украинского национализма. С началом Первой мировой войны, когда Германия и Австро-Венгрия вступили в войну с Россией, значение украинского национализма для германских и австро-венгерских интересов повысилось – он должен был превратиться в разрушающее начало, дестабилизирующее ситуацию в малороссийских губерниях империи. К тому времени, когда в России рухнула монархия, в Киеве уже действовали силы, готовые отделить малороссийские земли и создать новое государство – Украину.

Украинскими националистами была создана Центральная Рада, которая уже в июне 1917 года провозгласила территориальную автономию Украины в составе России. Временное правительство пропустило это событие, так как было отвлечено и Первой мировой войной, и вопросами сохранения собственной власти. Когда в октябре 1917 года в России произошла вторая за год революция – Октябрьская, Центральная Рада в Киеве, решив, что российское государство развалилось окончательно, взяла курс на независимость Украины.

Уже 20 ноября 1917 года Малая Рада провозгласила создание Украинской Народной Республики в федеративной связи с Россией. Причем в состав Украины были включены обширные земли, не являвшиеся Малороссией, а именно территории Екатеринославской, Харьковской, Херсонской губерний и часть территорий Таврической, Воронежской и Курской губерний. Однако, власть Рады не спешили признавать, во-первых, контролируемые большевиками Советы, имевшие наиболее сильные позиции в промышленных центрах и сформировавшие Донецко-Криворожскую республику, а во-вторых – различные независимые политические силы вроде анархистов Нестора Махно в Гуляй-Поле.

Центральная Рада была настолько слаба, что не могла рассчитывать на серьезную военную поддержку. Хотя формально Рада контролировала воинские части общей численностью около 20 тысяч человек, в действительности с трудом могла набрать несколько тысяч вооруженных сторонников. Тем временем, в январе 1918 года на утверждение советской власти в Киеве был направлен отряд под командованием эсера Михаила Муравьева. Пока сторонники советской власти двигались в сторону Киева, лидеры Рады судорожно соображали, кого им можно противопоставить. В результате был сформирован отряд общей численностью в 420 человек. В него вошли 250 офицеров и юнкеров 1-й Украинской военной школы, 118 студентов и гимназистов, входивших в состав 1-й сотни Студенческого курения, около 50 добровольцев.

Командиром отряда, через сто лет прозванного «защитниками самостийности» был назначен очень примечательный человек - Аверкий Гончаренко (1890-1980). Впрочем, его наиболее выдающиеся качества раскрылись уже намного позже событий под Крутами. Тогда, в январе 1918 года, Аверкий был 27-летним командиром куреня 1-й Украинской военной школы имени Богдана Хмельницкого. За плечами Гончаренко было несколько лет службы в российской армии – сначала он окончил с отличием Чугуевское военное училище в 1912 году, затем служил в 260-м пехотном Брацлавском полку, участвовал в Первой мировой войне и дослужился до звания капитана, успев покомандовать ротой и батальоном. Георгиевский кавалер Гончаренко, имевший боевые ранения, был назначен преподавателем в Киевскую школу прапорщиков, а после провозглашения УНР поддержал украинских националистов и возглавил курень в созданной 1-й Украинской военной школе.

Против курсантского отряда наступали внушительные силы – около 3000 человек с артиллерийской батареей и бронепоездом. Командовал советским отрядом Рейнгольд Берзин (1888-1938), практически ровесник Гончаренко с немного похожей биографией. Правда, Берзин был старым большевиком – подпольщиком, успевшим год просидеть в тюрьме за распространение революционной литературы. Но в Первую мировую войну он был призван в армию, окончил школу прапорщиков и служил в боевых частях, участвовал в Первой мировой войне, получил звание поручика. Берзин поддержал Октябрьскую революцию и принял активное участие в утверждении советской власти на Украине.

В районе железнодорожной станции Круты (Нежинский район Черниговской области), что в 130 км от Киева, наступавший советский отряд Р. Берзина наткнулся на украинский отряд Гончаренко. Фактически руководство Центральной Рады послало необстрелянных украинских юнкеров и студентов на убой, поскольку противник превосходил по численности в несколько раз, плюс был куда лучше вооружен и подготовлен. То, что сейчас украинские власти называют героизмом, на самом деле было преступлением со стороны Центральной Рады и преступлением, в первую очередь, по отношению к собственным сторонникам – юным курсантам и студентам.

Историка Дмитрия Дорошенко, занимавшего пост генерального секретаря Центральной Рады, сложно обвинить в антиукраинских настроениях. Но то, что рассказывает он в своих мемуарах о событиях под Крутами, полностью разбивает официальную пропагандистскую версию современной украинской власти. Как свидетельствует Дорошенко, пока украинский отряд поджидал наступающие советские силы, в поезде, на котором курсанты прибыли на станцию, началась самая настоящая попойка. Участвовали в ней старшие офицеры отряда. Получается, что курсанты и студенты, вооруженные лишь винтовками, оказались предоставлены сами себе, без руководства со стороны опытных командиров.

Когда советский отряд приблизился, ему без особого труда удалось подавить сопротивление курсантов. Хотя украинские власти говорят о 200-300 погибших, современники вспоминали о куда меньших потерях. Большая часть бойцов отряда во главе с самим Гончаренко сразу же отступила. Взвод студентов в полном составе попал в плен. Впоследствии пленных студентов расстреляли. Время было жестокое, а вошедшие в Киев советские отряды Муравьева были потрясены известием о том, что Центральная Рада потопила в крови рабочее восстание на «Арсенале». Кстати, именно подавлением рабочего восстания были заняты основные силы Рады численностью в 3000 человек, среди которых был и Симон Петлюра сотоварищи. Пока «костяк» самостийного воинства расправлялся с восставшими рабочими, навстречу хорошо вооруженному отряду Муравьева – Берзина были посланы плохо обученные студенты и курсанты.

После того, как отряд Муравьева занял Киев, Центральная Рада бежала в Житомир. Ни о каком сопротивлении до последней капли крови «пламенные патриоты» из Рады и не помышляли. Но они не хотели терять мечту о полной власти над Украиной, почему сразу предпочли заручиться поддержкой давних покровителей – Германии и Австро-Венгрии. В марте 1918 года, опираясь на поддержку германских и австрийских войск, правительство Центральной Рады вновь заняло Киев.

Миф о битве под Крутами начал создаваться уже в то время, сто лет назад. Заинтересованы в нем были, в первую очередь, руководители Центральной Рады, которые нуждались в героизации борьбы против большевиков и заодно хотели перевести внимание со своего бегства в Житомир на более героическую, с их точки зрения, битву под Крутами. Михаил Грушевский, ведущий идеолог Центральной Рады, и стал непосредственным автором мифа. 19 марта 1918 года на Аскольдовой могиле в Киеве была проведена торжественная церемония по перезахоронению останков 18 бойцов украинского отряда, погибших под Крутами.

Германия, получив контроль над Киевом, отнюдь не собиралась делиться властью с какой-то Радой. Уже в апреле 1918 года Центральная Рада была разогнана. Перевернулась очередная страница в истории грустного проекта под названием «Украина», но впереди было еще немало интересных страниц. И одна из них не прошла мимо «главного героя» битвы под Крутами Аверкия Гончаренко.

У каждого, кто знакомится с историей битвы под Крутами, неизбежно возникает вопрос – если защитники Киева это действительно «украинские триста спартанцев», как любят называть их в современной украинской пропагандистской литературе, то почему не погиб в первых рядах их боевой командир – Аверкий Гончаренко? Ведь человек он, в принципе, был не из трусливых – Георгиевский кавалер, действительно храбрый офицер, прошедший Первую мировую войну и быстро сделавший карьеру в российской армии. Ответ прост – серьезной битвы и не было, а в результате столкновения большая часть «украинских спартанцев» просто отступила, среди них был и командир.

Аверкию Гончаренко, в отличие от советских командиров эсера Михаила Муравьева, казненного еще в 1918 г. за антибольшевистский мятеж, и латышского стрелка Рейнгольда Берзина, репрессированного в 1938 году, посчастливилось прожить почти целый век. После битвы под Крутами он служил на различных административных должностях сначала у Павла Скоропадского, а затем у Симона Петлюры. После гражданской войны Гончаренко поселился в Станиславове (Ивано-Франковск), входившем в то время в состав Польши. Здесь он сосредоточился на вполне мирной работе в украинской кооперации и, может быть, и прожил бы свою жизнь тихо и мирно, если бы не началась Вторая мировая война.

В 1943 году 53-летний Гончаренко вступил в состав 14-й дивизии СС «Галичина». Как человек с военным образованием и неплохим боевым опытом, он, несмотря на возраст, оказался востребованным и получил звание гауптштурмфюрера войск СС (аналогичное капитану вермахта). Разрешение на формирование дивизии СС из галицийских украинцев дал лично Адольф Гитлер, учитывая заслуги галичан перед Третьим Рейхом. Первоначально дивизия планировалась как полицейская, поэтому почти весь офицерский состав дивизии составляли немецкие полицейские офицеры, присланные из Германии. Рядовой состав комплектовался галичанами, преимущественно мобилизованными в селах. Но были и немногочисленные украинские офицеры, включая Аверкия Гончаренко.

В середине июля 1944 года, в районе города Броды Львовской области, в бою с соединениями 1-го Украинского фронта дивизия «Галичина» потерпела сокрушительное поражение. Из 11 тысяч спаслись лишь 3 тысячи вышедших из окружения. Судьба в очередной раз улыбнулась Аверкию Гончаренко, который выжил на Первой мировой войне и так и не вошел в состав «небесной сотни» во время битвы под Крутами. Он прорвался из окружения. Дальнейший путь его не особо известен – вероятно, принимал участие в действиях дивизии против югославских партизан и Варшавского восстания. После Второй мировой войны Гончаренко эмигрировал в Соединенные Штаты Америки, где прожил еще 35 лет и скончался в 1980 году в возрасте 90 лет.

Реанимация мифа битвы под Крутами началась уже в постсоветской Украине. Наиболее активно героизировать события тех давних лет начали при президенте Украины Викторе Ющенко. В августе 2006 года Ющенко официально открыл мемориал памяти защитников Украины. Прошло еще чуть более десятилетия и уже новые «защитники» гибнут во имя очередного киевского правительства, история появления и деятельности которого столь же мутна, как и история Центральной рады.

Дата и место
29 января 1918, район железнодорожной станции Круты, сел Круты (Нежинский район Черниговской области) и Памятное (Борзнянский район Черниговской области).

Действующие лица

Общее руководство красными войсками осуществлял амбициозный авантюрист подполковник Михаил Артемович Муравьев (1880-1918; участник Русско-японской войны, 1917 получил от Временного правительства звание подполковника, после попытки выступления Л. Корнилова – на стороне эсеров, в ноябре 1917 начальник обороны Петрограда, главнокомандующий в борьбе против войск Керенского – Краснова, в декабре начальник штаба наркома по борьбе с контрреволюцией на юге России В. Антонова-Овсеенко, боролся против донского атамана А. Каледина, в январе-феврале 1918 командовал красными войсками на киевском направлении, устроил жестокий террор с массовыми расстрелами и грабежами в Полтаве и Киеве, конфликтовал с новым красным главнокомандующим в Украине Ю. Коцюбинского, в марте 1918 отправлен Лениным «защищать» Одессу от румынских войск, систематически грабя и терроризируя город, в конце концов бросил свое войско и бежал в Москву; с июня командующий Восточного фронта, в июле после начала эсеровского мятежа поднял восстание против Совнаркома, убитый большевиками при попытке ареста).

Собственно отрядом, наступал на Круты, командовал ветеран революции 1905 г.. П Егоров (? – ?; В марте 1919 командарм 1-й, 2-й и 3-й Советских армий, отступавших перед немцами в направлении Одессы) ; отрядом Замоскворецкой красной гвардии командовал Андрей Александрович Знаменский (1887-1942; юрист, в феврале – октябре 1917 член Московского комитета РСДРП (б), член Военно-революционного комитета Лефортовский района Москвы, с ноября 1917 до весны 1918 в составе Московского отряда особого назначения, воевал против УНР и немцев, с 1920 член Дальневосточного бюро ЦК РКП (б), в 1923-1924 гг. на руководящей работе в Узбекистане и Средней Азии, главный консул СССР в Китае).

Формальным начальником Бахмацкой участка фронта был сотник Демьян Косенко (? -?). Собственно боем со стороны войск УНР руководил сотник (капитан) Аверкий Гончаренко (1890-1980; гвардеец, участник Первой мировой войны, в январе 1918 командир первого куреня Первой юношеской военной школы имени Богдана Хмельницкого, 1918 военный комендант Подольской губернии, 1919 г.. начальник канцелярии главного атамана Симона Петлюры, после 1920 деятель галицкого кооперативного движения, полковник армии УНР, в 1943-1945 гг. офицер дивизии СС «Галичина», принимал участие в тренинге воинов, после 1945 гг. в США); импровизированным бронепотягом командовал сотник (штабс-капитан) Семен Лощенко (1893 – после 1945; участник Первой мировой войны, 1917 командир сотни и украинском казацкого полка имени гетмана Богдана Хмельницкого, при взятии Киева Муравьевым командир сборной батареи, с марта 1918 командир И Запорожского легкого пушечного полка армии УНР, впоследствии армии Украинского государства Скоропадского, 1919 полковник армии УНР, командир 7-й Запорожской орудийной бригады Действующей армии УНР, участник I Зимнего похода, с 1920 в эмиграции в Германии, деятель Союза гетманцев -державникив, судьба после 1945 неизвестна). Студенческой сотней командовал сотник (штабс-капитан) Александр Омельченко (? -1918; Умер от ран, полученных в бою).

Предпосылки события

В середине декабря 1917 началась необъявленная война между УНР и Советской Россией. В Харькове был проведен под контролем большевиков «Первый Всеукраинский съезд Советов», который провозгласил в Украине советскую власть. Главнокомандующим красных в Украине был назначен В. Антонова-Овсеенко, соратника В. Ленина, его помощником стал М. Муравьев. Опираясь на отдельные збильшовизовани части имперской армии и флота и отряды добровольцев-красногвардейцев из российских и украинских городов, красные повели наступление на запад железными Харьков – Полтава – Киев и Курск – Бахмач – Киев, захватив Полтаву и Чернигов. Следующим пунктом на пути северного группировки красных должен был стать Бахмач, где было достаточно сторонников большевиков из местных рабочих и солдат. Руководство УНР понимало важность железнодорожного узла Бахмач, и сюда было направлено боеспособную часть – Гайдамака кош Слободской Украины во главе с С. Петлюрой, однако из-за информации о подготовке большевистского восстания в Киеве гайдамаков вернули назад – во время боя под Крутами они находились на станции Бобрик.

Цифры по сил красных под Крутами дискуссионные (но очевидно все 6 тыс. Войска Муравьева собраться там не успели). Зафиксировано присутствие в районе боя артбатареи (3 орудия) и подход бронепоезда в конце события. Силы армии УНР составляли 480-500 курсантов (укр. «Юношей», рус. «Юнкеров») Первой юношеской военной школы имени Богдана Хмельницкого, 110-120 студентов и гимназистов Студенческого куреня УСС, 5 артиллеристов, 20 офицеров, несколько десятков человек из- между местного Свободного казачества, один импровизированный бронепоезд с 75-миллиметровой пушкой, 16 пулеметов.

Ход события

Не желая втягиваться в бой в Бахмаче, подвергаясь опасности удара со стороны местных красногвардейцев и солдат, сочувствовали большевикам, Гончаренко решил занять оборону у станции Круты. 28 января бойцы УНР начали копать окопы вдоль железнодорожной насыпи, линия обороны достигала 3 км. Бой 29 января с передовым красным отрядом реконструируют по-разному – неизвестно, первые схватки начались ночью, или в 9 утра, однако ясно, что бой был длительный и проходил время без потрясающей преимущества из красного стороны, иначе бы он быстро кончился. В резерве УНРивцив была какая-то часть необстрелянных студентов, значительную роль сыграл импровизированный бронепоезд С. Лощенко, что с 10 часов утра своей пушкой нанес большевикам значительные потери (похожий сценарий боя был впоследствии в битве под Мотовиловкой). Скорее всего, в это время противниками юнкеров и студентов были балтийские матросы Егорова и Ремнева, которые залегли под обстрелом, ожидая поезда с подкреплением. Решающая фаза боя наступила примерно в 16 часов, когда начала активно действовать красная батарея, к большевикам прибыли поезда с подкреплением (красной гвардией из разных городов) и бронепоезд. На тот момент Лощенко потратил все патроны и его бронепоезд вышел из боя. По сути, продержавшись весь световой день (где-то до 17-18 часов вечера), отразив несколько попыток штыковых атак и потратив почти все патроны, Гончаренко, что узнал об угрозе нападения с тыла «украинизированного полка им. Т. Шевченко », который выступил с Нежина, приказал отступать. Юнкера и студенты не без проблем загрузились в вагоны и уехали, прикрывая отступление огнем из пулеметов, стоявших в вагонах. Трагической была судьба одной студенческой сотни в конце боя – ее бойцы отстали, заблудились и вышли из окопов прямо на занятую красными станцию ​​Круты, где и были взяты в плен и вскоре расстреляны или убиты штыками. Расстрелянных было запрещено хоронить, что было традиционным для политики красного террора сих пор. Красный наступление возобновилось следующий день.

Последствия происшествия

Армия УНР потеряла несколько десятков человек убитыми и пленными (из последних 27 или 28 включая 2 офицерами, были расстреляны, 7 раненых уцелели), общие потери с ранеными, по мнению Я. Тинченко, могли составлять до 250 человек, среди них 10 офицеров. Большевики потеряли заметно больше – по данным раскопок кладбища под Крутами обнаружено до 300 захоронений, часть отвезли в другие города, что позволяет утверждать о нескольких убитых и раненых воинов Муравьева и Егорова. Все красные мемуаристы говорили о ожесточенность боя (что привело к появлению мифов о том, что под Крутами против красных воевала «элита Центральной Рады» во главе с Петлюрой). Военное значение боя было небольшим – красных был задержан на несколько дней на их пути в Киев, однако моральное значение поступка молодых пассионариев было значительно больше, что отмечали современники события.

Историческая память

Почти сразу событие стало центром громкого пиар-кампании со стороны деятелей УНР (перезахоронения и памяти погибших на Аскольдовой могиле в Киеве, материалы в прессе, кинолента о похоронах, стихотворение П. Тычины «Памяти тридцати»). Прекрасно отражена в межвоенной западноукраинской и послевоенной диаспорной публицистике и художественной литературе (событию посвящен драмы, стихи, поэмы, несколько песен, известное эссе Е. Маланюка и т.д.). В современной Украине отчетливо заметны три основных подхода к оценке:

  • 1) героический акт самопожертвования молодых воинов – достойный пример для потомков, моральная или даже военная победа над историческим врагом;
  • 2) трагедия и преступление со стороны тогдашней украинской власти, бросившей в бой детей (нередко используется вместе с мифом о «предательстве офицеров, пьянствовали в вагоне и бросили студентов умирать»);
  • 3) концепция «братоубийства, не стоит честь» (всего является российской версией, имеет своих сторонников в Украине, касается еще целого ряда событий украинской-российского военного прошлого).

В зависимости от политической конъюнктуры современные отечественные авторы учебников, пресса, публицисты действуют чаще всего в пределах упомянутых вариантов, иногда сочетая их. 2008 годовщину боя было отмечено на государственном уровне, выпущено юбилейную монету, событие увековечено в топонимике украинских городов, на месте боя построено мемориал. В то же время 2011 памятник в честь героев Крут в Харькове был демонтирован.

ПОДІЛИТИСЯ: